Вечер, который должен был стать лучшим в жизни, обернулся кошмаром для 18-летней Лоры из Белфаста. Возвращаясь с друзьями по Шанкилл-роуд после празднования дня рождения, девушка внезапно начала задыхаться и биться в судорогах. В машине скорой её состояние ухудшалось с каждой минутой, а когда Лору доставили в госпиталь Матер, сердце остановилось. Медикам потребовалось 16 минут реанимации, чтобы вернуть пациентку к жизни и ввести в искусственную кому.

Когда Лора пришла в себя через неделю в отделении интенсивной терапии, врачи сообщили ей две новости: первую — обнадеживающую, что мозг не пострадал за время остановки сердца, и вторую — ошеломляющую. Девушка была беременна, причём срок уже позволял сохранить ребёнка.

«Это было чудо и ужас одновременно», — признавалась позже Лора.

Однако радость быстро сменилась тревогой: на 25-й неделе отошли воды, и медики предупредили, что шансов выжить у малыша почти нет.

Надежда теплилась вопреки прогнозам — роды удалось отсрочить на девять недель. Маленькая Люсия появилась на свет на 34-й неделе путём экстренного кесарева сечения и весила чуть больше двух килограммов.

Месяц в реанимации для новорождённых стал испытанием для матери: «Были моменты, когда воздух из лёгких дочери откачивали иглой, которая казалась огромной по сравнению с её крошечным тельцем» .

Но судьба готовила новый удар. Едва Люсию выписали домой, Лора сама оказалась на больничной койке с тяжелейшей инфекцией лёгких и астматическим приступом. Врачи вновь ввели её в медикаментозную кому, предупредив родных, что повторная остановка сердца может стать фатальной.

«Я прощалась с дочерью и мамой, думая, что больше их не увижу», — вспоминает Лора.

К счастью, инфекцию удалось победить. Сегодня Лора и 2-летняя Люсия живут в собственном доме в Северном Белфасте, а девушка использует свою историю, чтобы предупредить других: «Подмешивать что-то в напитки — не шутка. Это едва не стоило жизни мне и моему ребёнку».

Ранее сообщалось, что российская вакцина от аллергии на пищу и пыльцу получит регистрацию в 2026 году. Генные препараты для лечения суставов к 2030 году начнут производить в России.